Грибаускайте была завербована генералом КГБ Чебриковым

May 3, 2015
By HRL

Президент Литвы – двойной агент «глубокой закладки», связник между ЦРУ и ФСБ

От редакции: История с запретом по требованию Грибаускайте опубликованной в мае книги польского журналиста Славомира Ценцкевича о советском прошлом литовского Президента не осталась незамеченной. Мимо этого дикого, по меркам демократических обществ, факта не смог пройти не только «Страйк», но и литовские СМИ. Ведущая литовская газета «Lietuvos rytas» 27 мая опубликовала большую статью о том, чем же будет «пахнуть» Стальная магнолия (как называют Грибаускайте в Литве ее пиарщики) в ближайшие пять лет. Вывод – неутешительный: советское амбрэ. Газета опубликовала выдержки из запрещенной польской книги. Автор статьи – та самая Рута Янутене, известнейшая литовская журналистка, которая, несмотря на репрессии, не боится задавать Президенту неприятные вопросы о тенях КГБ и Компартии в ее прошлом, справедливо требуя максимальной прозрачности и честности. Давление на Янутене и на газету, видимо, будет только возрастать – ведь теперь Грибаускайте не нуждается больше в поддержке общества, она вольна не заигрывать с электоратом, а вести себя так жестко, как ей хотелось бы. Как ее научили в советское время. Совсем скоро состоится инаугурация Президентов Литвы и Украины. Украина, стремящаяся в Евросоюз, и Литва, которая в 2013 году в Евросоюзе уже председательствовала, 25 мая обрели глав государств. Если раньше Грибаускайте уговаривала Януковича подписать в Вильнюсе соглашение с ЕС, то теперь будет, видимо, делать это с его бывшим министром, а ныне президентом, шоколадным олигархом Порошенко, который уже заявил, что по экономической части документа берет паузу. Уговорить Януковича она не смогла. Послушает ли Порошенко литовского президента, в действиях которой внимательный наблюдатель может увидеть руку Кремля? Ведь от провала Вильнюсского саммита в 2013 году выиграла Москва, но не Киев… «Страйк» продолжает публикацию расследований нашего спецкорра в Санкт-Петербурге Максима Леонова о ленинградском периоде жизни Грибаускайте. То, что ему удалось раскопать, настоящая сенсация.

Нехорошая квартира

Напомним, что начав журналистское расследование о жизни нынешнего президента Литвы Дали Грибаускайте в Ленинграде (1976-1983 годы), мы выяснили много интересного. В Санкт-Петербурге еще живут люди, которые лично знали Грибаускайте и смогли рассказать о ней. Например, о том, что она никогда тяжелые тележки на фабрике «Рот Фронт» не толкала, а толкала лишь пылкие речи – ругала загнивающий Запад и восхваляла советский строй. Или о том, что имела покровителя в партийных верхах и будто даже была влюблена в него. Была ярой коммунисткой – от одной молодой сотрудницы, забеременевшей от командировочного из Финляндии, требовала сделать аборт, так как это нарушало «нормы коммунистической морали». Удалось найти и бывшего куратора от КГБ фабрики «Рот Фронт», где работала Грибаускайте во время учебы в Ленинградском государственном университете имени Жданова (ныне Санкт-Петербургский государственный университет). Он утверждал, что квартира, в которой проживала молодая литовка, дочь бывшего сотрудника структуры НКВД, относилась к хозяйственно-административному ведомству ленинградского управления КГБ.

Может ли КГБ разрешить «случайному человеку» жить на своей квартире? Очень правильный вопрос. Потянув за эту маленькую ниточку, мы, сами того не ожидая, стали потихоньку распутывать целый клубок.

Генерал КГБ и студенты ЛГУ

Нашему корреспонденту удалось встретиться с бывшим сотрудником «прибалтийского» отдела ленинградского управления КГБ Сергеем Арнесовым. События из жизни Грибаускайте, которые нас интересуют, происходили почти 40 лет назад, поэтому кое-что он согласился открыть. Арнесов утверждает, что классическим «стукачом» Грибаускайте не была – ее готовили совсем для иного.

«Весной 1981 года в Ленинград приезжал заместитель Юрия Андропова Виктор Чебриков, – рассказывает Арнесов. – У него тут много было всяких дел. Но один день он специально выделил для встречи со студентами ЛГУ. Не со всеми общался, конечно, а лишь с избранными. На встрече должны были присутствовать представители не только РСФСР, но и других республик СССР. Мне поручили отобрать представителей Прибалтики. Главным критерием были приверженность социалистическому строю и святая вера в коммунизм. Я отобрал семерых, в числе которых была и Даля Грибаускайте. После общей беседы Чебриков поговорил с некоторыми студентами наедине. С Грибаускайте у него была самая долгая беседа…».

1981 год – Грибаускайте уже на очень хорошем счету, причем старалась успевать везде. В зачетке по научному коммунизму и прочим идеологическим дисциплинам сплошные пятерки. В ЛГУ ее избрали председателем академического совета студентов экономического факультета (тогда-то ее и приметил декан факультета Олег Ожерельев, который потом станет советником Горбачева). На фабрике (в сентябре предоставила в ЛГУ справку, что работает уже лаборантом) заведует лекционной работой, входит в группу народного контроля и выпускает фабричную газету. Участвовала в социалистическом соревновании за досрочное выполнение обязательств Х пятилетки, боролась за звание «Ударник коммунистического труда». Биография, с точки зрения органов, идеальная – плюс отец из «красных партизан», да еще и к НКВД отношение имел. Политически грамотна…

Чебриков, как бывший начальник управления кадров КГБ, а на тот момент – уже зампредседателя КГБ СССР, имел профессиональный нюх на таких сотрудников. И он, разумеется, общался со студентами не просто так: прорабатывалась определенная задача и под нее нужны были кадры. Как намекнул Арнесов, среди тех студентов, кто в далеком 1981 году имел честь удостоиться встречи с Чебриковым, впоследствии все заняли весьма высокие посты. Кто в Кремле, кто в Алма-Ате, кто в Баку, кто в Кишиневе, а кто – и в Прибалтике. Называть конкретные фамилии бывший сотрудник КГБ отказался наотрез. Мотивировал свой отказ одной фразой: «Еще пожить хочется…».

Что же, попробуем разобраться самостоятельно.

Агенты «глубокой закладки»

Для начала надо напомнить, кем же был этот Чебриков. Главный кадровик КГБ, человек, которому доступно личное дело любого в СССР – Чебрикова в этой должности утверждал лично Брежнев. Уже через год после поездки в Ленинград он стал первым заместителем, а затем и председателем КГБ СССР, и эту должность занимал до 1988 года, продолжая проводить ту политику, которую начал еще Андропов. Был сторонником экономических преобразований Советского Союза, начатых Андроповым и продолженных Михаилом Горбачевым. В 1985 году Горбачев ввел Чебрикова в состав Политбюро, членство в котором означало доступ на высший уровень власти в Советском Союзе.

В своих мемуарах генерал-лейтенант КГБ Вадим Кирпиченко (более 20 лет входил в руководство Первого главного управления КГБ СССР – теперь эта структура называется Служба внешней разведки) потом напишет, что коньком Чебрикова была борьба с диссидентством. Чебриков был осторожным человеком, но с Крючковым, который сменил его на посту председателя КГБ, отношения не сложились. Позднее в своих воспоминаниях Крючков обозначал свое неприязненное отношение к Чебрикову – мол, это именно Чебриков позволил «американским шпионам» демонтировать советскую империю.

И вот это – еще одна ниточка. В спецслужбах самых разных стран мира существует понятие «глубокая закладка». Это когда агента отправляют в другую страну не с конкретным заданием, а просто для того, чтобы тот там стал своим. Осел, оброс связями, поднялся. Он или она может жить там 10-20 лет без связи с Центром. А поскольку отправляют не абы кого, а проверенных, идеологически крепких и морально устойчивых «бойцов», то многим (а зачастую именно это и является главной задачей) удается сделать политическую карьеру. И вот только тогда Родина может в какой-то момент напомнить о себе. Как именно происходит напоминание – можно только догадываться. У Центра, знающего о своих агентах всё, наверняка есть для этого нужные инструменты, вплоть до шантажа.

Напомнив о себе, Центр может попросить кое-что сделать. Например, аккуратно «погасить» атомную станцию, ввергнув страну в пучину энергетического дефицита и посадив на иглу зависимости от сжиженного газа. Или – провалить кое-какой саммит, выставив всю Европу в идиотском свете… Двойная игра Но речь может вестись и о другом формате работы с органами – в качестве двойного агента, то есть связника с КГБ и ЦРУ. Это не выдумка авторов детективных романов.

Это реальность: по свидетельству авторитетного российского международника, экс-заведующего международным отделом ЦК КПСС Валентина Фалина, таковым был «архитектор перестройки» Александр Яковлев. Тот самый Яковлев, который создавал в Прибалтике Народные фронты (встречаясь для этого, например, с университетским активом – ничего не напоминает?) и выдвигая на первые роли людей вроде Ландсбергиса. Его «растили» именно как двойного агента, связника, отправив сначала на стажировку в Колумбийский университет, затем сделав послом в Канаде, потом назначив директором Института мировой экономики и международных отношений РАН СССР (один из базовых для советской разведки институтов, после Яковлева его возглавил Примаков, будущий директор СВР России), потом завотдела ЦК по пропаганде, секретарь ЦК (работал с диссидентами)…

Шла большая игра. Андропов, которого называют настоящим автором перестройки, понимал, что советское общество вступает в стадию необратимых изменений. Заблокировать их было нельзя. Но возглавить процесс, расставить везде своих людей, чтобы сохранить контроль – можно. Так появились Народные фронты и Саюдис в Прибалтике. Так появился дискуссионный клуб «Перестройка» в Ленинграде, из которого выросла первая плеяда российских реформаторов – Чубайс, Гайдар и остальные, сделавшие всю грязную работу. В условиях трещавшего по швам союзного бюджета была поставлена задача по нацокраинам: «отпустить» их, переложив расходы на Запад, но сохранить контроль через своих людей.

Для этой цели Чебриков, умело работавший с диссидентами, и вербовал студентов из национальных республик, выбирая из них карьеристов с наибольшей тягой к власти. Впоследствии знаменитое «пятое управление» (идеологическое) КГБ будет курировать Филипп Бобков. Согласно постановлению Совета министров СССР № 676—222 от 17 июля 1967 г., «пятерка» занималась, в частности, организацией контрразведывательной работы среди иностранных студентов, обучающихся в СССР, а также по иностранным делегациям и коллективам, въезжающим в СССР. Сюда же включили и выходцев из нацокраин. В одном из своих интервью Бобков (кстати, генерал армии – воевал на территории Прибалтики, а потом неоднократно бывал там уже в мирное время, при Чебрикове стал замначальника КГБ) открыто заявил, что «в союзных республиках руководили полные единомышленники Андропова, как, впрочем, это происходило ранее и с республиканскими руководителями Комитета, который он много лет возглавлял».

Так что Чебриков продолжал в этом смысле кадровую политику Андропова. Но только пошел несколько дальше: отобранные им кадры должны были стать связниками с ЦРУ, обеспечивая условия для тайной дипломатии двух сверхдержав. Волнения на Майдане или на площади у Вильнюсской телебашни оказываются в таком случае лишь отблесками принимаемых за кулисами решений.

Знали ли об этом США? Безусловно. Более того, это было частью общего плана Лубянки и Лэнгли. Прибалтика – своего рода «серая зона», маленькая «латинская америка», где влияние спецслужб до сих пор столь велико, что именно они, а не население, решают, кто же возглавит ту или иную страну. Так, например, в Литве появился Адамкус. Изначально американцы хотели сделать президентом Стасиса Лозорайтиса, тогда как Адамкус, связанный с западными спецслужбами еще со времен работы на гитлеровскую армию, рассматривался лишь как руководитель его штаба.

Описывая тайное советско-американское сотрудничество, Washington Times в 2006 году (ссылаясь на архивные документы) привела, в частности, такой пример: в мае 1983 г. сенатор Т. Кеннеди тайно предложил СССР сделку – Кеннеди (один из столпов Демократической партии США) обещал уладить спорные вопросы с президентом Рейганом, а в обмен просил СССР помочь борьбе демократов с республиканцем Рейганом на президентских выборах 1984 г. Москва не поддержала Кеннеди – и вновь избрался Рейган. Архивный документ, на который ссылалась Washington Times это… докладная записка председателя КГБ Чебрикова на имя генерального секретаря ЦК КПСС Андропова. Канал связи с США эффективно работал.

В этом смысле Грибаускайте не уникальна, она одно из многих орудий Кремля. После «беседы» с будущим председателем КГБ Чебриковым ее, попавшую на крючок «органов», специально вели по карьерной лестнице по отработанной схеме (сравните биографии Яковлева и Грибаускайте: штатовский вуз, работа в подконтрольной КГБ и партии научной структуре, посольская работа в Северной Америке, а потом – высший эшелон власти), готовя к политической борьбе в новых условиях. Именно поэтому, по нашим данным, она и оказалась в Джоджтаунском университете в 1991 г. Решение о ее поездке принималось не Вильнюсом (там и посольства-то американского еще не было), а Москвой. Там, в Джорджтаунском университете, как когда-то Яковлева в Колумбийском университете, ее и сделали связником между ЦРУ и КГБ, а теперь – ФСБ. Так что литовцев можно поздравить. Ближайшие пять лет ими будет руководить человек, который имеет прямой выход в Вашингтон и Москву. Правда, лишь в качестве агента. Под каким псевдонимом она значится в строго секретных архивах Лэнгли и Лубянки? «Стальная магнолия»?

Максим Леонов, Санкт-Петербург, специально для «Страйка»

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

Fondation Princesses de Croÿ et Massimo Lancellotti - 10 Rue Faider - 1060 Bruxelles - Belgique - Droit de réponse: postmaster@droitfondamental.eu

Free counter and web stats